header

О том, как у каждого народа зарождалась своя письменность, написано немало научных статей. Историки свидетельствуют, что формирование букв, из которых состоят слова, фразы, перекладываемые на бумагу, шлифовалось десятилетиями и даже столетиями и соответствовали артикуляции, речевому аппарату народа. Отчасти поэтому любая реформа письменности является долговременным и крайне затратным мероприятием, которое в условиях экономической нестабильности ляжет тяжким бременем на государственный бюджет. Видимо, до конца не осознавая это, или по каким-то другим причинам  президент Казахстана Нурсултан Назарбаев озвучил в 2015 и напомнил в 2017 году:  всего через восемь лет, то есть к 2025 году, надо перевести казахский алфавит на латиницу. Это намерение получило множество самых разных интерпретаций: и как выход республики из культурного поля России, и как некий «цивилизационный выбор», и просто как желание хоть каких-то перемен. «Лента.ру» разбиралась, почему власти страны хотят сменить систему письменности, какое отношение это имеет к ситуации в стране и дискуссиям 1930-х годов в СССР.

В Казахстане о латинизации алфавита говорили и раньше. Собственно, «апрельские тезисы» Назарбаева — это напоминание об одном из пунктов его послания населению «Стратегия "Казахстан-2050" — новый политический курс состоявшегося государства». Документ был представлен общественности еще в декабре 2012-го. Тогда президент республики подчеркивал, что перевод на латиницу «послужит не только развитию казахского языка, но и превратит его в язык современной информации».

 Перезагружать идеологический блок Астане действительно необходимо. В последние годы страна столкнулась с вызовами, на которые в ее привычной риторике не было убедительных ответов. Экономический кризис, вал террористических актов, скрытые, но от этого не менее напряженные конфликты по линии центральная власть — региональные элиты...

Реальную экономическую модернизацию Казахстану провести так и не удалось. О результатах первой пятилетки индустриализации критически отзывался даже Назарбаев, а тем временем в стране уже объявлена третья пятилетка! В этих условиях латинизация выглядит как необходимая, пусть и косметическая мера — приобщение к западному миру и формальная модернизация. Именно так это разъяснил политолог Ерлан Карин, который ранее возглавлял Казахстанский институт стратегический исследований — официальную «фабрику идей» в республике. «Переход на латиницу — это цивилизационный выбор. Выбор в пользу открытого и глобального мира», — заявил Карин. В Астане логично решили не ждать, пока наконец-то получится поменять структуру экономики, и приблизиться к Западу хотя бы в области письменности. А в принципе Казахстан уже как бы одним пальцем левой ноги уже встал на такой путь. Посмотрите на автомобильные номера. Там сплошь латиница. Только цифры арабские.

Среди казахстанских журналистов существует и такое мнение: дизайнеры захотят поиграть шрифтами. Захочется создать новые красивые журналы, придумать новые методики по изучению казахского языка. Свежий взгляд. И хорошие эмоции.

Перевод казахского языка на латинскую графику — отнюдь не ноу-хау Астаны. Казахстанские идеологи тут используют советский опыт. На латинскую основу тюркские языки СССР перевели в 20-х годах прошлого столетия, для чего даже был создан Всесоюзный центральный комитет нового тюркского алфавита. Большевики хотели латинизировать и русский язык — за это ратовал, например, народный комиссар просвещения Анатолий Луначарский. Но это в те годы сильно не афишировалось. Понятно: система была другая.

Несмотря на лозунг «нет таких крепостей, которые бы не могли взять большевики», к 30-м годам прошлого столетия советская власть убедилась, что реальность экспериментам не вполне поддается. Языки советских республик не могли функционировать как полноценные коммуникационные системы. В отделе агитации и пропаганды ЦК жаловались на низкое качество словарей и книг, отсутствие протоколов, ошибки при переводе высказываний классиков марксизма и руководителей партии на местные языки. И в начале 40-х после довольно неудачного эксперимента тюркские языки перевели на кириллицу. Ученым было ясно: латинский алфавит не содержит многих букв и звуков, используемых  в речи и письменности государствообразующего этноса (в зависимости от страны – казахов, киргизов, таджиков, монголов). Кстати, в Узбекистане перевод государственной письменности на латиницу не вызвал одобрения у большей части населения, в первую очередь представителей старшего поколения, что привело к росту социальной напряженности. Но это уже в нынешнем столетии. Видимо, в Узбекистане слишком сильны традиции и привязка артикуляционного аппарата населения к кириллице.

Опыт соседнего государства, тем не менее, не был учтен северным соседом. В Казахстане продолжают муссировать идею перехода казахского языка на латиницу. Безусловно, часть интеллигенции Казахстана с радостью воспринимает латинизацию как символический выход из культурного пространства России и «деколонизацию». Ирония истории в том, что и тут они следуют советским идеологическим схемам. Генеральный секретарь компартии Иосиф Сталин в 1934 году поставил задачу большевикам в республиках «развить и укрепить у себя действующие на родном языке суд, администрацию, органы хозяйства, органы власти». Задачи, как видно, спустя 80 лет не изменились — советская интеллигенция на постсоветском пространстве несколько десятилетий упорно выходит из культурного поля России. Насколько успешно у нее это получается и какое отношение к этому имеет реальная, а не воображаемая Россия, — вопрос как минимум дискуссионный.

Интересно, что большую часть споров о смене письменности в Казахстане обессмысливает то, что в Узбекистане, Туркмении и Азербайджане алфавиты уже почти латинизировали. Трудно судить о том, что это дало Туркмении из-за закрытости страны, но ситуация в двух других бывших советских республиках очевидна. В Узбекистане так и не удалось полностью перевести на латиницу даже государственное делопроизводство. Реформу языка раскритиковал в 2016-м один из кандидатов в президенты страны, лидер Демократической партии СарварОтамуратов. Опыт Азербайджана считается более позитивным, но критики отмечают, что тотальная латинизация привела к тому, что граждане стали меньше читать и понимать написанное в статьях.

Люди, профессионально работающие со словом, литераторы Казахстана опыт соседей учли. В 2013-м после публикации тезиса о переходе на латиницу группа писателей обратилась к президенту и правительству с открытым письмом: «До нынешнего дня в республике издан почти миллион наименований книг, научных трудов о древней и последующей истории народа (...). Ясно то, что с переходом на латиницу наше юное поколение окажется оторванным от истории предков», — говорилось в обращении. Авторы письма обратили внимание на то, что есть вообще проблема освоения казахского языка в стране и в этих условиях проводить радикальные реформы неразумно.

Очевидно, что Казахстан при переходе на латинскую графику столкнется со значительными проблемами. Это потребует значительных финансовых затрат — цифры тут называют разные, от сотен миллионов до миллиардов долларов. Но не все так однозначно: для допущенной к реализации реформы национальной интеллигенции освоение огромных средств — это безусловный плюс. Другое дело, что это способно затормозить воплощение других проектов в гуманитарной и культурной сфере, хотя, судя по всему, таких проектов просто нет. Это создаст сложности для тех, кто пользуется казахским языком — даже для образованного человека замедление процесса чтения усложняет восприятие текстов, что скажется на состоянии интеллектуальной сферы в стране.

Отказ от кириллицы может послужить причиной осложнения экономической ситуации в стране и затормозить развитие двусторонних отношений с Россией. Кроме того, эта мера осложнит положение трудовых мигрантов, отправляющихся на заработки в Россию, и будет способствовать утрате их связей с родиной.

Литераторы Казахстана выразили обеспокоенность тем, что латинизация письменности отрежет многих читателей от изданных в советское время книг.

Разумеется, сторонники латинизации считают эти проблемы ничтожными. Например, в ответ на вопрос, во сколько все-таки обойдется перевод страны на новую письменность, в нижней палате парламента ответили в духе героя Ильфа и Петрова «торг здесь неуместен». «Выйти на дорогу в цивилизованный мир — всегда дороже, но зато ты выходишь в мир», — заявил депутат АзатПеруашев. Если к реформе все-таки приступят, то с мест пойдут только победные реляции об успешном освоении новой графики широкими массами трудящихся.

Одна из причин, по которой Астане нужна модернизация в идеологической сфере, — то, что государству в культурной сфере приходится конкурировать с идеологически подкованными агентами доктрины теократического государства — исламистами. Они умело пользуются современными средствами коммуникации и знают, как отвечать на вопросы населения. Если латинизация вызовет хотя бы кратковременный вакуум в культуре и образовании, исламисты заполнят его молниеносно.

Оппоненты реформы не просто выступают против латинизации казахского алфавита – многие из них называют ее абсурдной затеей. К примеру, экономист Канат Берентаев утверждает, что она приведет к “полному разрыву связи поколений”: “Мы потеряем все то, что у нас есть, а ничего нового не приобретем. Ускорять переход на латиницу – это абсурд. У нас просто нет такой возможности. Представьте себе, что всю казахстанскую классику, труды Абая, Сакена Сейфуллина, МухтараАуэзова и т.д. нужно будет переводить на латиницу. Кто этим займется и найдутся ли читатели? Утверждения о том, что переход на латиницу облегчит нашу интеграцию в мировое информационное пространство, я считаю надуманными. Некоторые товарищи призывали даже перейти на латиницу до 2017 года, чтобы гостям ЭКСПО-2017 было удобно читать вывески. Это глупость, абсурд, который пытаются возвести на уровень государственной политики. В 1993-1994 годах я был в Ташкенте на конференции – в то время они как раз переходили на латиницу. И когда мы обсуждали инвестиции в образование, оказалось, что расходы в Узбекистане в два-три раза выше, чем в Казахстане. Я потом зашел к первому заместителю председателя Госпрогнозстата Узбекистана, поинтересовался у него, и он сказал, что из этих затрат на образование практически 70 процентов ушли на то, чтобы перевести учебники на латиницу”.

На взгляд К.Берентаева, этот процесс будет сопряжен не только с огромными расходами, но и с серьезными негативными последствиями: “До сегодняшнего момента никто не подсчитывал, в какую сумму выльется перевод казахского алфавита на латиницу. Однако все специалисты сходятся во мнении, что малой кровью тут не отделаться. Можно было бы сказать, что миллионы и миллиарды, но цена намного выше – потеря казахстанской идентичности. И это намного дороже. Еще вопрос: как будут писаться специфические звуки казахского языка? Как будет обозначаться звук Ш на английский манер или на турецкий?”

Не по душе идея латинизации и писателю Канату Кабдрахманову: “Языку любого народа нет никакого дела до того, в какой графике изображать его слова. Казахский язык не станет “казахистее”, если его переведут на латиницу, оставят в кириллице, или придумают для него собственный алфавит. Качество языка зависит не от графики, в которой его изображают, а от ума людей, пользующихся им. Можно вернуться даже к орхоно-енисейской клинописи – языку от этого не станет ни жарко, ни холодно. Языку в принципе безразлично, крестиками или ноликами обозначаются его слова. Так зачем тогда затевать это, по сути, бессмысленное дело?”

По словам писателя, эта реформа не имеет смысла только с точки зрения языка. А цели в таких делах никогда не являются лингвистическими: “Цели – до нашего случая – всегда были политическими. В тридцатых годах, когда советская власть в одночасье перевела казахский язык на латиницу, целью было оторвать казахскую культуру от исламской. Когда в двадцатых годах ХХ века Турецкая Республика столь же бесцеремонно перевела язык на латиницу, целью было отречение от наследия Османской империи. Если продолжить эту логику, то цель планируемого перевода казахского алфавита на латиницу – отречение от советской культуры и дистанцирование от русской. Об этом надо говорить прямо.

Лоббисты идей реформы и перевода казахского языка на латиницу используют ее для решения собственных задач, противоречащих национальным интересам страны. Поддержка проектов перехода на латиницу со стороны США и Запада обусловлена исключительно стремлением нанести ущерб интересам России.

Но порвать связи с русской культурой невозможно. Потому что она стала органичной частью современной казахской культуры. Какое культурное влияние на нас оказывают Узбекистан, Туркменистан, Кыргызстан? Никакого. Даже намного более продвинутая Турция в плане культурного влияния – ноль. На кириллице написаны тысячи книг, изданных миллионными тиражами. Поколения казахов, родившихся в латинице, будут относиться к этим книгам как к растопочному материалу. В утиль пойдет не только холуйская литература, но и хорошая”, – говорит К. Кабдрахманов.

Ярым противником перехода на латиницу является и председатель Союза мусульман Казахстана Мурат Телибеков. Он однозначно заявляет о политической игре казахстанских властей в попытке “сдержать российскую экспансию в Центральной Азии”: “Подобные технологии широко используются во всем мире. Чтобы обществом легко было управлять, необходимо держать его в постоянном напряжении: вбрасывать в него сумасбродные проекты, создавать мнимые угрозы, держать на полуголодном пайке… А объединение с тюркским миром – это политическая химера. Идея пантюркизма устарела. Время показало, что как только речь заходит об интересах нации, каждая страна напрочь забывает о кровном и духовном родстве… Для культуры Казахстана такой переход будет настоящей катастрофой, а для правящего режима – политической смертью. Возможно, в противостоянии с российским политическим истеблишментом мы что-то выиграем, но в отношении с собственным народом это уже породило глубокую пропасть отчуждения и непонимания”.

Неожиданным для многих стало открытое письмо представителей казахской ин-теллигенции, адресованное главе государства, премьер-министру, депутатам и народу Казахстана. Под обращением подписались более 60 человек, среди них поэт МухтарШаханов, писатель ГабдешЖумадилов, председатель экологическо-го союза “Табигат” МэлсЕлеусизов, народный артист РК НургалиНусипжанов, композитор КалдыбекКурманали и другие. По их мнению, в результате перехода на латиницу будет утрачено огромное культурное наследие, изданное на кириллице за последние 80 лет. Кроме того, после введения латиницы тиражи большинства казахоязычных газет резко упадут, возрастет количество людей, не умеющих читать и писать на казахском, что ослабит и без того не самые сильные позиции государственного языка. А,  кроме того, в обществе может произойти раскол.

Многие международные эксперты видят в предстоящем переходе на латиницу исключительно политическую подоплеку и желание понравиться Западу.

Так, по мнению координатора региональных программ Института востоковедения РАН Александра Князева, решение казахстанского руководства является частью политического представления с целью пощекотать нервы большому северному соседу: “Казахстанский истеблишмент сильно увлекается политтехнологическими игрищами. В общем-то, вся казахстанская политика – это большой спектакль. Недавние пантюркистские заявления президента РК в Анкаре, декларации о переходе на латиницу, активизация национал-патриотов, которые управляются из госструктур, – все это некие демарши, цель которых – поиметь какие-то дивиденды во взаимоотношениях с Россией – по Таможенному союзу, по Байконуру, по другим реальным проблемам, где хочется поиметь большего”.

А вот что говорит Григорий Трофимчук, политолог, первый вице-президент Центра моделирования стратегического развития (негосударственная международная экспертная организация, формирующая эксклюзивные ответы по всему спектру геополитики): “Еще одна не самая последняя страна стремительно отрывается от постсоветского тела, сделав заявку на уход от российского влияния. Язык, кириллица – один из последних причалов, который пока еще сдерживал дезинтеграцию. Представляется, что пройдет немного времени, и Россия останется одна со своими странными буквами на огромном и пустом азиатском пространстве. Как Болгария на краю ЕС… Заявление президента Назарбаева – это стратегическое поражение всех институтов “русского мира”, которые что-то делают в плане языка”. По мнению политолога, отказ Казахстана от кириллицы – это суровая реальность, говорящая о действительном ареале русского языка и его геополитических перспективах: “Международные “русские” структуры должны дать президенту Путину отчет, аналитическую справку: какие еще братские страны в ближайшем будущем намерены перейти в латинскую зону, и почему нет ни одной страны, которая бы, наоборот, перешла с латиницы на кириллицу? Осталось только ждать, когда аналогичный шаг – чтобы понравиться Европе и США – сделают Таджикистан и все остальные, включая Белоруссию. Евразийский союз начинает свое строительство с очень странных кирпичей”.

Очень важно, что изменение письменности коснется только казахского общества, или его казахскоязычной части (этнические казахи говорят не только на казахском). Чиновники Казахстана настойчиво подчеркивают, что языковая реформа никак не скажется на отношениях Москвы и Астаны. Но почему властям республики приходится мусолить идеологический вопрос 80-90-летней давности? Видимо, потому что другой мобилизационной повестки для обществ так и не сформировано (на фоне пятилеток индустриализации это все производит стойкое впечатление дежавю). В этих условиях идеологи при самой мощной теоретической базе могут только скопировать успешный опыт маркетологов — попытаться дать гражданам «хорошие эмоции». И, конечно же, «поиграть шрифтами» и бюджетом.

 Подготовил Дмитрий Соколов по информации http://news.ivest.kz/124007540-azbuchnye-istiny-chem-zakonchitsya-popytka-kazahstana-pereyti-na-latinicu---ahmed-seyidov.

Интерфакс-Россия